Комедия в трех частях

Эта трагикомичная история с элементами хоррора началась с того, что я задержал каждогодний платеж за сервис кредитной карты, выпущенной ульяновским филиалом бинбанка. Вот так вышло, карточка древняя, лежала про припас, длительное время была льготной, и за сервис я не платил. Вы вот, например, понимаете, какого числа с вашей карты спишут? Я тоже. В очередной год я ушел по карте в минус (есть таковой незаметный пункт в договоре – карту не заблокируют, а одалживают с нее на оплату комиссий) и в июне 2014 получил СМС счастья от коллекторов. Что-то вроде «вы должны тыщу рублей, немедля оплатите [пишут через «о», грамотеи], по другому кары небесные». Царапнуло, естественно. Для чего же доводить до штрафа, тем более до коллекторов? Что мешало напомнить? Как же уйма законов, по которым меня должны известить о переходе прав на долг? Ну, так не в Америке живем, до трусов не раздели – и на том спасибо.

Сходу дисклаймер. Во-1-х, я работал в Ульяновском филиале бинбанка до 2011 года. Извините, не всегда мы избираем работу, время от времени работа выбирает нас. Во-2-х, после увольнения я переехал, и сейчас до ульяновского филиала мне ровненьким счетом тыща км от порога до порога. Это принципиально. В-3-х, единственная кабала, от которой я не сумел отвертеться – это ипотека совершенно в другом банке, другими словами добиваться с меня средств просто некоторому и не за что.

Итак, после типового общения с коллекторами – почему не гасите? У меня нет кредитов! Немедля погасите, не то бу! – прозвучало ключевое слово «бинбанк». К этому моменту я три года не работал в бине, не имел там кредитов либо вкладов, и единственное, что связывало меня с банком (не считая ярких мемуаров, естественно) это две карточки: та револьверная кредитка и расходная дебетовая для интернет-покупок. Способом исключения выходило, что лежащий мертвым грузом «пистолет» напомнил о для себя. Я пополз в наиблежайшее отделение бина – ДО Алексеевский. Два с половиной километра сплошного подвига (извините за интимную подробность – обострилась древняя травма, до операции считанные деньки, посиживать за рулем я на физическом уровне не мог). Да и уходить под наркоз с ободряющей СМСкой «гони средства, гад!» тоже не было настроения.

Лицезрев злого как черт скрюченного пациента немного взволнованного клиента, его, то бишь меня, оперативно изолировали в отдельную комнату, и сине-белая женщина пробила по базе: вправду, «пистолет», вправду, каждогодний оброк плюс штраф. На резонный вопрос: почему получаю СМС от коллекторов, а не от банка, и не до, а после, и есть ли вообщем у вас совесть, не говоря уж об простых правилах клиентского обслуживания, девушка мило багровеет.

Черт с вами, режьте! Карту режьте, прямо тут, но чтоб я больше о коллекторах ни сном, ни духом. И чтоб дважды не вставать, поглядите мою историю, может, есть незакрытые счета, может, кое-где что-то мне по-тихому высчитали. Не могу, гласит женщина и снова багровеет. Психовать контрпродуктивно, напомнил я для себя, занес злополучную тыщу (либо чуток больше, приходник кое-где валяется), лично раскромсал карточку, написал заявление на закрытие счета, выслушал предупреждение, что счет будет закрыт через 45 дней, а откуда я об этом узнаю… «Мы вам позвоним!» В переводе: либо опять ползти в Алексеевский, либо коллекторы напомнят.

Под скальпель я лег просветленный, с чувством выполненного долга и надеждой, что уникальный опыт общения с коллекторами так и остается неподражаемым.

Нужно дать подабающее, бинбанк пощадил меня. Это человечно в свете следующих событий. Пару недель на подготовку к операции и неделю на то, чтоб оклематься, мне подарили. А позже пришла СМСка, что я должен, и если не отдам, мне будет совершенно нехорошо.

Господи, как любопытно жить! – помыслил я и начал смотреть за процессом. изофреничный коллекторский бот повсевременно путался в показаниях. По четным денькам он добивался с меня 500 рублей. По нечетным семьсот. По выходным либо отдыхал, либо вставал на плановую профилактику.

Но всему есть предел, и настал денек, когда после еще одного общения с коллекторами я сполз с больничной кровати и бодренько, по-пластунски переместился в ставший мне фактически родным ДО Алексеевский. Лицезрев полумертвого зомби очень взволнованного клиента, перепуганные сотрудники оперативно изолировали меня в отдельную комнату, где я познакомился с молодым Владимиром Владимировичем. Как помню, управляющим ДО. Каюсь, я был жесток, практически взяв его в заложники, и продержав часа полтора по окончании рабочего денька. Ровно столько, сколько требовалось, чтоб переворошить все мои счета, до которых мы смогли достать; счета открытые, закрытые и позабытые в поисках долга, за который мне угрожал грозный ай-яй-яй от коллекторов.

Ну, господа-граждане-товарищи, доложу я вам: это АдЪ и ИзраилЬ! На вас два 10-ка карточек и уйма счетов, просил пощады молодой Владимир Владимирович, я буду несколько часов копаться! Я не тороплюсь, успокаивал я юношу, а карточки старенькые, зарплатные. Должны быть закрыты по факту увольнения. Давайте будем поглядеть.

Стали поглядеть. У вас долг! – открыл правду молодой Владимир Владимирович. Карточки привязаны к одному счету, а на счету минус девятьсот рублей. Я честно пробовал успокоиться.

– Владимир Владимирович! Я не работаю в бине уже три с излишним года. Когда я пришел за трудовой книгой, до самолета оставались считанные часы. Мне дали трудовую после того, как я снял с карточек все до копейки, вывел в ноль все овердрафты, написал кучу заявлений на закрытие всего, что можно, отдал клятву кровью, что никому и никогда не расскажу о том, что тут творится. Карточки заблокировали, порезали, сожгли и развеяли останки над моей головой. Хоть одна… один сотрудник банка может мне понятно разъяснить, почему зарплатный счет не закрыт, откуда на нем долг, почему он возрастает, и почему я должен выбивать эту информацию с риском для собственного и вашего здоровья?!

Молодой Владимир Владимирович мило побагровел.

– Но это не тот долг, – роскошно сменил он тему. – Не 500 и не семьсот, а девятьсот рублей. Но ничего другого я не вижу. Гасить будете?

(в скобках; не могу утверждать, но подозреваю, что долги на зарплатном счете по очевидной причине: переехав в другой город, я пошел в знакомое место завести дебетовую карту – ту, для веба. История давнишняя, но делали длительно, позвонили, произнесли «картЫ готовЫ, входите», на вопрос «какие картЫ, мне одну в руки» ответили «ой, а разве не зарплатнЫЕ?» – «нет, слава богу!» – «тогда не входите, не отдадим, так как у вас документов нет». Все равно пришлось идти, писать еще кучу бумажек, ожидать, когда сделают новейшую, но вот за собственный 1-ый косяк банк, судя по всему, простодушно списал с моего зарплатного счета и каверзно выжидает, чтоб предъявить новые претензии)

Но тогда я всего этого не вспомнил, а вариант сделать вклад на миллион рублей мне нравился еще меньше. Потому я произнес поехали и махнул рукою.

– Режьте вообщем все. Все счета, все карты – открытые, закрытые, заблокированные. Скажите, кому и сколько дать, чтоб запамятовать уже слово «бинбанк» навечно.

Молодой Владимир Владимирович исподтишка поглядел на часы и вздохнул.

– Может быть, это не коллекторы, а мошенники? – неуверенно представил он на прощание.

На пару дней я и ДО Алексеевский застыли в тревожном ожидании. Упс, не угадали! «За вами долг, – пробудился бот. – Немедля оплатите, через три денька подаем в трибунал!»

В этот момент меня начали терзать смутные сомнения. У Шпака магнитофон, у посла медальон… тьфу, тут тыща, там тыща и бюджет на канцтовары для маленького допофиса я закрыл. Поборов недостойные мысли, я взялся за делему без помощи других. После долгого и нудного общения с коллекторами в стиле: – вы такой-то такой-то? – да! – продиктуйте номер паспорта и адресок! – никаких персданных по телефону! – немедля погасите долг! – у меня нет долгов! – мы к вам выезжаем! – я таки сумел продавить самую нервную и неопытную вымогательницу.

– Женщина, я не могу стоять среди кабинета и орать: возьмите у меня 500 рублей, другими словами семьсот… другими словами заберите вообщем все, только отстаньте! Скажите, кто и что от меня желает!

– Я вообще-то не имею права по телефону, – пококетничала девушка, но номер контракта продиктовала.

Бинго! «Револьверная» карта, типо закрытая уже три месяца как. Которую молодой Владимир Владимирович не сумел отыскать в процессе полуторачасовых поисков. Звоню старенькым знакомым в ульяновском филиале. Чему ты удивляешься? – спрашивают опытные знакомые и связывают меня с «пластиком». В конце концов, выхожу на сотрудницу, которая соглашается погадать, сколько же необходимо внести для полюбовного расставания.

– Ой, а у вас долг двестиписят рублей, – щебечет сотрудница, и в эту минутку я понимаю, что моя жизнь сократилась оптом на пару месяцев.

В ДО Алексеевский меня несли на носилках я добрался в безотчетном состоянии. Лицезрев темного человека со взором серийного убийцы очень и очень озабоченного клиента, сотрудники аврально изолировали меня в отдельную комнату, где я вознес на алтарь своей свободы еще двести 50 рублей, набросил сколько-то сверху, чтоб уж наверное, и последующие деньки дергался на каждый звук из телефона.

– В трибунал ведь подам, – ожидаемо проявился коллекторский искусственный разум. – Долг гасить будешь?

Клянусь, я был фактически спокоен, когда звонил в ульяновский бин с вопросом, сколько они еще желают, и не пора ли мне выставлять почку на торги.

– Для чего вы нас обижаете? – сетовала в ответ пластмассовая сотрудница. – На нас и так Алексеевский наехал как танк на бабочку, а мы отличные. Вот прямо на данный момент у нас претензий к вам нет. По этому договору.

В процессе предстоящего разговора я оказался… хм… убедителен, и женщина разлюбезно согласилась утрясти делему с коллекторами. Раз уж ко мне «претензий нет».

Свершилось волшебство! На момент, кода коллекторы пропали из моей жизни (по последней мере, я на это надеюсь) с требованием долга не то в 250, не то в 500, не то в 700 рублей, я выложил в кассу банка две с излишним тыщи и издержал нервной энергии на сумму, оценить которую затрудняюсь. Размышляю на данный момент над этим вопросом.

Таки что вы думаете? Декабрь и начало января прошли расслабленно, сердечная благодарность и земной поклон бинбанку.

А позже бин отдал залп из головного калибра. Банк уведомлял меня СМСкой, что к 15.01 я должен внести очередной платеж в размере 6 с кое-чем тыщ рублей. Тогда, как я возлагал надежды, из открытых счетов у меня оставался один единственный, технический, 40817, с остатком в 24 рубля, Через этот счет проходили все перечисления на покрытие неожиданных долгов.

Последняя моя попытка разобраться в ситуации миром заключалась в звонке в бин с целью выяснить номер контракта, по которому от меня (какая внезапная новость!) желают средств. Выяснилась особенная вещь. Брал я на малой родине, то бишь в ульяновском филиале, кредит на 600 50 тыщ рублей. Издавна, в 2009. Брал с прицелом на преждевременное погашение, что и сделал в 2012 году. 1-ое, частичное, на 250 тыщ прошло маем 2012. Окончательное полное преждевременное погашение – 9 августа 2012, с точностью до копеечки (посчитанных, правда, двучлен, а у их другая математика – или 250, или 500, или 700, но занесите триста на всякий случай, авось закроется). С оформлением, естественно, документов на закрытие.

– Я не вижу преждевременного погашения, – объявила еще одна бело-синяя сотрудница по телефону. – Есть заявление на частичное, от мая 2012, а за август нет ничего. Вы просто занесли средства на счет, а заявления не написали.

Оцените юмор ситуации! Оказывается, я принес в клювике без малого двести тыщ не чтоб погасить кредит, а в дар бину. Банк списывал аннуитетные платежи для себя в доход каждый месяц в течение 2-ух с половиной лет, а когда средства на счету закончились, на голубом глазу просит погасить «оставшиеся проценты», ну и основной долг, вестимо. А я-то, врунишка, практически три года писал в анкетах: не имею непогашенных кредитов, и спал, доверчивый, тихо.

Это не плохая позиция, крепкая. Как там у Райкина? «П’ифет, ‘ебята, вы хо’офо уст’оились!» Будь против меня не банк, а сосед Вася, это совершенно точно квалифицировалось бы как мошенничество, но в банковском секторе есть, наверняка, более благозвучный термин.

Я снова посетил родной до боли в печенках ДО Алексеевский. Лицезрев разгневанное привидение очень возмущенного клиента, молодой Владимир Владимирович, мне кажется, решил здесь же уволиться, но сдержал себя. Я изолировался в отдельной комнате, где написал претензию с приложением копий всех документов, в том числе типо несуществующего заявления на полное преждевременное погашение. С подписью банковского кредитчика, кстати. Гадать, имел ли место умысел, лень и глупо. Ничему не удивлюсь.

На сем действе мои отношения с двучлен завершаются. Если неувязка не решается на текущем уровне, ее необходимо подымать выше. Ну и надоело психовать, честно говоря. Утомился, полгода, как-никак, а итог даже нулевым не назовешь. Таким макаром, трибунал – подавать буду сам, для чего мне чье-то намоленное место? Компенсация морального вреда, тут есть чем аргументировать. Соответственно, кляуза в ЦБ и Роспотреб, порезвиться на banki.ru, ну и что еще юристы порекомендуют. Время пока есть, 30 дней мою претензию будут учить на предмет, к чему придраться. После суда запрос в бюро кредитных историй, наверное там чистить необходимо.

И да, биновский отдел взысканий такие лапочки. Звонят, волнуются. Так трогательно: за полгода ни 1-го звонка из банка, а здесь такое внимание! Начинают волноваться в восемь утра, кончают поздним вечерком, на выходные не отвлекаются. Пылают на работе. Волнуются очередями: четыре-пять заходов по три звонка – итого двенадцать-пятнадцать в день плюс контрольный смс в голову. Одна совестливая девушка честно предупредила: есть претензия либо нет, прав банк либо повинет, переживать за меня все равно будут.

Таки что мы имеем в сухом остатке?
1. Простая операция по погашению копеечного долга вылилась в полугодовую перепалку с неочевидным результатом. Закрыт ли счет? Не знаю.
2. Корректно закрыть счет сотрудники банка не в состоянии. Обыденно не могут посчитать сумму финишного платежа.
3. Извещать о необходимости платежа – в моем случае еще одного каждогоднего за сервис карты, банк не считает необходимым.
4. О долге и/либо штрафе узнаете от коллекторов. Спасибо, что не от судебных приставов.
5. Техническое оснащение банка таково, что даже после полуторачасовых поисков сотрудник не в состоянии вычислить проблемный счет. Цитата: «система не позволяет».
6. Филиалы валят ответственность друг на друга. Мечешься меж ними как дурачина… Фактически, почему как? Оплеванным дурачиной себя и ощущаю.
7. Даже уволиться без заморочек не вышло. Какие-то левые долги на старенькых зарплатных счетах. Что, как, почему? Когда и чем выстрелит? Аллах знает.
8. Документы таинственным образом пропадают. Почетаемые клиенты бина, делайте выводы: каждую бумажку в отдельный файлик и «хранить вечно»! Лучше в 2-ух экземплярах – чеки из банкомата/ТБС выцветают с течением времени, ничего позже не докажете.
9. Печатных комментариев по поводу кредита у меня нет.
10. Разговаривать с отделом взысканий – пустая растрата времени. Плюс рискуете психологическим здоровьем.
11. Презумпция виновности клиента. В переводе на российский – относятся как к скоту.

В общем, именовать это непрофессионализмом, означает очень польстить. В моем случае ни одну сложную операцию, требующую больше 1-го телодвижения, бин провести не смог, «Профессионализм» завершается ровно в момент передачи средств в окно кассы, далее – рулетка. Это мое личное мировоззрение и мой личный опыт, не претендующий на правду в последней инстанции. Может быть, вам повезет больше.

Прошу не рассматривать данный отзыв как разжигающий ненависть к социальной прослойке «сотрудники бинбанка». Они и без меня отлично управляются.

Оценка – самая красноватая.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *